the sacred geometry of chance

Прежде чем придти к тебе, я постучу в твое окно.
Ты увидишь меня в окне.
Потом я войду в дверь, и ты увидишь меня в дверях.
Потом я войду в твой дом, и ты узнаешь меня.
И я войду в тебя, и никто кроме тебя, не увидит и не узнает меня.
Ты увидишь меня в окне.
Ты увидишь меня в дверях.

У людей, которые умеют, как дети, не стыдиться искать счастья, открываются глаза, и они видят всё вокруг по-новому, они видят самые души вещей, и вещи, и животные, и растения говорят с ними на понятном языке... Несчастен тот, кто не обладает фантазией, тот, кто всё происходящее воспринимает однобоко, вяло, безысходно...

нужно что-то менять

Человек с тонкой шеей забрался в сундук, закрыл за собой крышку и начал задыхаться.
— Вот, — говорил, задыхаясь, человек с тонкой шеей, — я задыхаюсь в сундуке, потому что у меня тонкая шея. Крышка сундука закрыта и не пускает ко мне воздуха. Я буду задыхаться, но крышку сундука все равно не открою. Постепенно я буду умирать. Я увижу борьбу жизни и смерти. Бой произойдет неестественный, при равных шансах, потому что естественно побеждает смерть, а жизнь, обреченная на смерть, только тщетно борется с врагом, до последней минуты не теряя напрасной надежды. В этой же борьбе, которая произойдет сейчас, жизнь будет знать способ своей победы: для этого жизни надо заставить мои руки открыть крышку сундука. Посмотрим: кто кого? Только вот ужасно пахнет нафталином. Если победит жизнь, я буду вещи в сундуке пересыпать махоркой… Вот началось: я больше не могу дышать. Я погиб, это ясно! Мне уже нет спасения! И ничего возвышенного нет в моей голове. Я задыхаюсь!..

Ой! что же это такое? Сейчас что–то произошло, но я не могу понять, что именно. Я что–то видел или что–то слышал!..

Ой! опять что–то произошло! Боже мой! Мне нечем дышать. Я, кажется, умираю…

А это еще что такое? Почему я пою? Кажется, у меня болит шея… Но где же сундук? Почему я вижу все, что находится у меня в комнате? Да никак я лежу на полу! А где же сундук?

Человек с тонкой шеей поднялся с пола и посмотрел кругом. Сундука нигде не было. На стульях и на кровати лежали вещи, вынутые из сундука, а сундука нигде не было.

Человек с тонкой шеей сказал:
— Значит, жизнь победила смерть неизвестным для меня способом.

только никогда не будет много у меня меня
а любви бывает мало только иногда
только никогда не будет мало у любви
любви

а для меня и день и ночь
и дождь и снег
и ждать не ждать
меня к себе
себя менять
себя менять
на дождь и снег
на день и ночь

я здесь не здесь
я спать
не спать
меня к себе
себя менять
себя менять

когда любви бывает много только иногда
только никогда не будет много у любви
любви.
вдыхаю дыма без огня
а для меня и день и ночь и дождь и снег и ждать не ждать

иногда казалось,
что я в скорлупе из грецкого ореха
иногда казалось,
что я в мыльном пузыре
иногда казалось,
что я в коробке с ватой
теперь кажется
я в поле, босиком в траве

пара чашек кофе
полкружки смородины
две сигареты.

в холодильнике кровь иоана крестителя
в телефоне смс набранные одними губами

Между плодом и матерью существует плацентный барьер (не знаю как это правильно называется по-русски). Он защищает плод от клеток иммунной системы матери - ведь он на 50% чужеродное тело (имеет гены отца).

всю ночь дышать
в твою спину
/немота животного
бремя мудрости/
еще секунду
пусть будильник
не звенит
еще секунду.

луна
из молока
стекает
ко мне
в стакан

дом со всеми его светящимися теплым желтым окнами четко очерчен на фоне темно синего неба
я задираю голову и вижу над домом большую медведицу ковшом укрывающую крышу
я перехожу к следующему дому, и медведица лениво переползает по небу вслед за моим взглядом
я останавливаюсь, и теперь она оберегает следующий дом, кладя на него свою космическую лапу
так мы идем вместе. я по земле, а она по небу, каждый оберегая то, что дорого
я останавливаюсь и она останавливается в нерешительности перед моим домом
только над ним всегда светится даблъю кассиопеи
пять воинов: Сегин, Рукбах, Нави, Шедар и Каф охраняют мой покой каждую ночь
я прощаюсь с медведицей и машу ей рукой, кажется она подмигивает мне
и мы расстаемся добрыми друзьями

скоро август, а значит стрекотание кузнечиков и запах травы
приглаживать землю, руками проводит по ней, пальцами в нее зарываясь
если бы я умела рисовать - рисовала бы сов
на стенах всех четырех, потолке, за каждым креслом, на каждой книжной полке
ощущение августа полнится во мне. не могу дождаться
на работе рядом с монитором полка. на ней лак цвета морской волны и стандарт кетанова
кажется все так. с ощущением легкости, но больно
я бы хотела нарисовать всех любимых людей
такой день сегодня

оставляю за собой право
быть не правой

веруя в собственную истинность
в последней инстанции
выглядишь глупо
и по-детски

количеством времени вместе проведенного
а
не-равнодушием друг к другу
способностью и желанием понимания
умением протягивать руку, когда видишь, что плохо
интересом к человеку

по-другому я
не умею
и не хочу учиться

игры в одни ворота
не
приветствуются

I was a fool to trust her

все остальные градации тона укладываются в тоновых отношениях между этими крайностями

у меня нет цели. нет направления
я иду для того чтобы идти
а не приходить
я делаю шаг, а после еще один
и снова шаг. и снова. и снова.
нет направления и цели
незачем спешить и торопиться
я закрываю глаза
и делаю шаг
и еще один
и снова

пустая трескотня -
не есть общение.

мои-твои волосы пахнут миндалем
вдыхаю горький запах
хочу умереть от сладкой дрожи
прокатывающей по позвонкам
пальцы сплетаются
тают сиреневым дымом
мысли
расползаются
ватные простыни
проглатывают меня
ничего нет
кроме счастья
и запаха миндаля

любимый мой
любимый мой
любимый мой
любимый мой
любимый мой
любимый мой
любимый